На вид Рафаэлю Кастеляру было лет тридцать пять. Он был смуглым брюнетом с располагающей улыбкой и мягкими, вкрадчивыми манерами, которые с равным успехом можно было назвать и изысканными, и слащавыми. Джессике, правда, показалось, что он выглядел бы более естественно на поле для гольфа, чем в строгой деловой обстановке своего офиса, однако вскоре она заметила, что высокая, широкоплечая фигура атлета и обветренная, бронзовая кожа человека, проводящего много времени на свежем воздухе, сочетаются в нем с повадками опасного и дерзкого хищника, который не боится никого и ничего, но предпочитает хитрость и прыжок из засады тактике прямого удара в лоб. Родись Рафаэль Кастеляр несколькими столетиями раньше, и он мог бы стать одним из конкистадоров, которые в поисках сокровища инков шли напролом сквозь первобытную сельву, истребляя по пути индейские племена, но в двадцатом столетии ему пришлось довольствоваться скромным постом главы судоходной компании, которая, впрочем, была самой крупной в Южной Америке. Как бы там ни было, президент КМК умело маскировал свои инстинкты хищника, предпочитая сначала очаровать жертву и только потом нанести ей сокрушительный удар. Насколько было известно Джессике, в большинстве случаев Кастеляр добивался всего, чего хотел.

В настоящий момент он очень хотел заполучить «Голубую Чайку».

А Кастеляр вовсе не спешил приступить к делу. Пока пожилой официант подавал в крошечных чашечках кафесиньо — крепчайший бразильский кофе с сахаром, — он завел светскую беседу на совершенно постороннюю тему. При этом Кастеляр так непринужденно откинулся на спинку своего кресла, словно у него на сегодня больше не было никаких дел и он собирался от души насладиться визитом старых друзей. Лишь по прошествии получаса он словно невзначай затронул вопрос, ради решения которого Джессика и Кейл пришли к нему.