Переход от отца – пьяницы и покойника к отцу – миллионеру и даже миллиардеру был слишком резок. И теперь просто изумленно таращилась на мать, ожидая, когда та скажет еще что-нибудь столь же невероятное. Может быть, ее двоюродная бабка – это королева Великобритании? А дядя – принц в какой-нибудь африканской республике?

   Но ничего такого про другую родню ее мама не сказала. Она рассказывала про отца.

   – Твой отец миллиардер! И все эти годы был им! А нам с тобой за все это время ни копейки от своих щедрот не бросил.

   – Но почему? Вы с ним поссорились?

   – Поссорились! Ты считаешь, что порядочный человек, поссорившись с женщиной, допустил бы, чтобы его ребенок рос в нищете? Ведь я ничего не могла себе позволить для дочери! Ни учителей хороших! Ни отпуска у моря! Ни одежки красивой!

   – Мне всего хватало.

   – Так это потому, что ты у меня славная девочка. И всегда понимала, что денег у нас мало. Потому и не требовала ничего. А мне-то каково было? Знала ведь, что отец у тебя богач, а ни копейки нам не дает!

   – Но почему так?

   – Подлец он!

   – Но ведь… Ты могла подать на алименты!

   – Тогда так не принято было.

   – Как не принято?

   – Ну, чтобы люди не женаты, а алименты на дите платили бы.

   – Погоди, – растерялась Алена. – Так вы с моим отцом в загс не ходили?

   – Нет.

   – Но ты мне рассказывала про вашу свадьбу. Какое у тебя было красивое платье с фатой. Какой папа был в тот день нарядный. И как вы хорошо праздновали в ресторане, а потом прямо из-за стола твой папа увез тебя к морю.

   – Врала. Верней, фантазировала. Хотелось мне, чтобы так все и было. Да только…

   И Ирина Руслановна выразительно развела руками. Алена молчала. Она не знала, что говорить. В короткий срок на нее обрушилось столько новой информации, что девушка не могла прийти в себя и понять, как же она ко всему этому относится.