– Это собственные слова вашего мужа.

   – Мы подадим в суд! Завещание будет опротестовано!

   – Ваше дело, – пожал плечами адвокат. – Но на вашем месте я бы этого не делал.

   – Вот как? Почему же это?

   – Судебная тяжба – дело дорогостоящее. Оно вам в настоящий момент не по карману. Потому что, простите меня за откровенность, но все вы с сегодняшнего дня нищие. К тому же заранее вам говорю, сколько бы вы ни заплатили, слушание вы все равно проиграете. Сергей Юльевич ожидал от вас подобной реакции и подстраховался во всех инстанциях. Вам ничего не светит.

   – А не потому ли вы это говорите, что сами все и подстроили, господин адвокат? – прищурился, уставившись на Каца, Сергей. – Сдается мне, что мой брат не так уж и не прав!

   Адвокат поморщился, но вступать в дебаты не стал.

   – Я вас прекрасно понимаю. И ваша реакция вполне предсказуема. Поэтому я не стану слишком уж обижаться на вас. Но впредь, прошу вас, никогда не обращайтесь ко мне за услугами. Впрочем, я думаю, вам этого и не придется делать. Не тот у вас нынче уровень, господа. Нет, не тот!

   И покачивая большой седой головой, адвокат произнес:

   – А теперь всех, кроме госпожи Голышевой, прошу покинуть мой кабинет.

   – Голышева? – тут же вскричала Ольга. – Это та сучонка, которой отец оставил все наши деньги! И где она?

   – В самом деле! Адвокат, мы имеем право знать, кому отец оставил все свое состояние.

   Адвокат задумался.

   – Никаких прав вы отныне не имеете, – произнес он затем. – Но так как вы все равно не успокоитесь, то почему бы мне и не оказать вам последнюю любезность.

   – Да уж, будьте так добры.

   Адвокат кивнул.

   – Госпожа Голышева! Выйдите вперед. Будьте так добры.

   Все замерли. В том числе и Алена. Кто эта Голышева, которую они все ждут? И тут ее словно током шандарахнуло. Так Голышева – это же она! Она самая! Это ее ждут все эти важные распальцованные дяди и тети. Ждут, когда она выйдет и покажется им.