Майкл замер, потрясенный ее жестокостью, и невольно вытер ладони о брюки, словно их все еще обжигала чужая горячая кровь.
– Дженнифер! – Артур впился побелевшими пальцами в подлокотники. – Немедленно извинись!
– Нет, – тихо произнесла она, и по ее щекам скатились две слезы. – Не собираюсь.
Она повернулась и пошла вверх по лестнице, не обращая внимания на яростное сопение отца.
– Ничего страшного, – тихо сказал Майкл, скорее себе, чем Артуру. – Ничего страшного.
Изрыгая проклятия, старик развернулся и выехал из комнаты. Ему еще только предстояло понять, что меньшая дочь, самая тихая и Послушная, вышла из-под его воли.
Через боль надо пройти, подумал Майкл, и тогда, может быть, она уравновесит собой ту боль, что он сам причинил когда-то.
И тогда он будет свободен.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Артур устроил Майкла в бывшей спальне Кина. Между ней и комнатой Дженни была только комната Клер, поэтому, несмотря на смертельную усталость, Дженни проснулась среди, ночи, заслышав шаги Майкла в пустом гулком коридоре. У двери он остановился, до Дженни донесся то ли тихий кашель, то ли глубокий вздох, и дверь тихо закрылась.
Дженни очень хотелось думать, что его промедление было вызвано угрызениями совести, а то и страхом увидеть в спальне ее прежнего владельца. Но супермен Майкл Уинтерс вряд ли страдал излишней чувствительностью, иначе ни за что не появился бы в этом доме.
Потом до нее донеслось гудение горячей воды в трубах: Майкл принимал душ. Против воли она напряженно вслушивалась в звуки и, лежа в темноте, представляла себе, как он вешает свою рубашку на стул Кина, как садится на кровать Кина, Дженни замерла, удивляясь непрошеным мыслям, стиснула пальцы в кулак. Прошло шесть лет, но что-то знакомо сжалось внутри – так бывало всегда, когда Майкл дружески обнимал ее или подмигивал ей издалека.
То было странное ощущение, немного напоминавшее сладкий ужас от страшного фильма: легкое замирание сердца и сильное, до боли, жжение внутри. Почему-то это было приятно. Дженни даже научилась самостоятельно вызывать его, доводила себя до полного изнеможения, представляя, как бы Майкл целовал ее.