— Вот уж не ожидала, что меня тут ожидает комитет по торжественному приему, — задыхаясь, произнесла она.

— А как насчет кареты скорой помощи? Глаза Гвен расширились, и она взглянула на коттедж.

— Неужели они!..

— Шутки шутят, — успокоил быстро Дейв. — Никого там нет.

— Как это выглядит?

— Ни крови. Ни дымящихся револьверов.

— И на том спасибо.

Вздохнув, Гвен попыталась снять ремень безопасности, схватив вместо него ремешок сумки. Пока женщина выпутывалась, Дейв смотрел, прищурившись, на отблеск, сиявший на ее волосах.

У Гвен Стикерт было ничем не примечательное лицо. Веснушки, усеивавшие нос, гармонировали с янтарем ее прямых тонких волос и глазами цвета жженого сахара. Очки в тонкой черепаховой оправе подчеркивали глубину ее глаз. Не в пример Шарлотте, она не превращала свои ресницы в пики, покрытые краской «маскара», и не злоупотребляла краской для век.

Шарлотта казалась эффектной и волнующей; на Гвен же легко смотреть, с нею легко общаться. Тихий голос, ровная посадка головы, мисс Стикерт наверняка вычертила план своей жизни на миллиметровке, и имела привычку сперва подумать, а потом отвечать.

Кроме того, Гвен целовалась с видом сбрызнутой росой волшебной принцессы, только что разбуженной от чар.

Дейв моргнул, удивляясь собственным мыслям.

Ему все давно известно. Некогда он был диким и безумным двадцатидвухлетним юнцом, искателем развлечений и легкомысленных женщин, вроде тех, что посещали свадебные приемы Шарлотты и Роберта. Выведя Гвен, слегка выпившую и нехарактерно осмелевшую на танцевальную площадку, он поцеловал девушку. Вкус ее поцелуя, касание, ее язычок едва не свели тогда парня с ума.

Там-то Дейв и заполучил номер ее телефона. И ни разу не позвонил, что было характерно для него в то время. Интересно, помнит ли она. Он-то ни на минуту не забывал. То, что Гвен избегала его с тех пор, должно бы кое-что означать.