
– Тогда давай надеяться, что они по крайней мере скажут, что злодей уже мертв.
– Может быть, если я поеду прямо сейчас…
– Ты приедешь слишком поздно, чтобы не дать им сказать лишнее.
– И предотвратить последствия, если они будут.
– Очень печально, что ваша семья будет страдать, думая, что Питни погиб, – сочувственно вставил Ботолф, не совсем понимая, о каких последствиях идет речь. – Однако когда мы приедем в Регенфорд, то немедленно сообщим им, что произошла ошибка.
– Если будет кому сообщать, – пробормотал Питни и взглянул на нахмурившегося Ботолфа. – Милорд, наша семья богобоязненна, но мы всегда предпочитали сами мстить своим врагам, не дожидаясь, пока их покарает Господь. Если кого-нибудь из нас убьют, все Тодды примчатся из любого уголка земли, чтобы рассчитаться с убийцей. Если станет известно, что меня убили и что мой убийца жив… – Питни неловко повернулся и поморщился от боли в ране.
– Они станут за ним охотиться, – закончила леди Мери дрогнувшим голосом.
– Да, но сначала они должны собраться вместе, – заметил Ботолф. – Еще есть время помешать им.
– Боюсь, что в Вулфшеде найдется один человек, который отправится сразу, – вздохнул Питни. – Это Саксан.
– Мы предупредим всех, что, если твой брат появится здесь, ему расскажут, как было дело, – заверил его Ботолф.
– Саксан – моя сестра, милорд. Мы близнецы. Она на десять минут старше меня.
– Не может быть, чтобы молодая девушка встала на путь мщения! – воскликнула леди Мери, на лице которой ясно читались потрясение и неверие, что такое возможно.
– От этой взбалмошной девчонки можно всего ожидать, – возразил Эдрик, покачав головой. – Мне следовало дать письмо моим парням. А то они все перепутают.
– Нет смысла волноваться, – рассудительно заметил Питни. – Мы ничего не можем сделать, чтобы помешать им принести известие, верное или нет. Все, что мы можем, – это надеяться, что Кенелм и Олан расскажут то, что знают, и будут присматривать за Саксан. Если это не поможет, нам остается ждать, что мы встретимся с сестрой в пути, когда отправимся в Регенфорд.
