— Обещаю не говорить тебе, что все уладится — возможно, не уладится.

Как будто я сама не знаю! — горько подумала она.

— Что-то я раньше не замечала за тобой склонности к депрессии.

— Ангел мой, я просто реалист. Жизнь порой препаршивая штука.

Паркер откупорил бутылку, взял с полки первую попавшуюся под руку кружку, налил в нее вина и протянул кружку Девон. Затем взял еще одну посудину — на этот раз ему попался стакан — и налил вина себе.

— Я рада, что ты заглянул, мне уже лучше. — Девон взяла кружку и с опаской сделала глоток. — Гм, не так уж плохо, — удивленно пробормотала она и уже смелее сделала еще один глоток бабушкиного вина, знаменитого не только изысканным букетом, но и крепостью.

Паркер последовал ее примеру, поморщился, но воздержался от комментариев по поводу качества напитка.

— Что у тебя стряслось? — небрежно поинтересовался он, наливая себе еще.

— Ничего особенного! — Девон получила своего рода извращенное удовольствие, видя, что ее резкий, саркастический тон зажег в его глазах искру раздражения. — Куда мне до тебя, это у тебя если уж неприятность, то вселенская катастрофа.

От вина по телу Девон разлилось приятное тепло. У нее мелькнула мысль, что не стоит пить алкоголь на пустой желудок, но она от нее отмахнулась.

Паркер опешил.

— Что ты имеешь в виду?

— А то, что я живу просто и скромно, в моей жизни не может быть таких головокружительных взлетов и катастрофических падений, как в твоей.

Брови Паркера поползли вверх.

— Девон, я всего лишь спросил, что случилось.

— Да, спросил, но на самом деле тебя это не интересует. — Девон протянула ему кружку за добавкой. — Да и с какой стати должно интересовать?