— Пожалуйста, позволь мне все-таки сказать...

— Нет! Я не желаю тебя слушать! — Старик отошел к окну. — Отправляйся домой и подумай о том, что вы с матерью потеряли. Если бы ты вышла за Гвидо Доминциани...

— Я бы кастрировала его! — выкрикнула Корделия. Выдержка изменила ей, как только она осознала, что ее миссия не удалась.

Джакомо резко обернулся, и выражение его лица заставило ее потупиться.

— По крайней мере, Гвидо научил бы тебя, как разговаривать с мужчиной, да к тому же старшим по возрасту!

Ты ничего не добилась, тяжело вздохнула Корделия, и только подлила масла в огонь. Тебе следовало припасть к ногам деда, посыпая пеплом понурую голову и горько сожалея о разорванной помолвке. Тогда, возможно, ты чего-нибудь и добилась бы...

Старик жестом дал понять, что разговор окончен.

— Мое прощение ты могла бы получить, только выйдя замуж за Гвидо, — непреклонно произнес он.

— Скорее я стала бы премьер-министром, — в отчаянии пробормотала девушка.

— Думаю, ты все поняла.

— А если мне удастся женить его на себе, я по-прежнему наследую империю Кастильоне? — поинтересовалась Корделия.

Старик грозно сдвинул брови и посмотрел на нее уничтожающим взглядом.

— О чем ты говоришь? Женить на себе Гвидо Доминциани, которого ты жестоко оскорбила? Да он может заполучить любую девушку, стоит только захотеть...

— Редкая девушка обладает приданым, которое ты предложил ему за мной десять лет назад, — возразила Корделия.

Джакомо чуть не задохнулся от такой наглости.

— У тебя что, совсем стыда нет?

— Вероятно, я утратила его вместе с иллюзиями, когда ты попытался сбыть меня с рук, словно одну из своих компаний, — резко парировала она. — Но ты так и не ответил на мой вопрос.