Крис почти не слышала его ответа. И вопрос пропустила мимо ушей. Нет, это совершенно безумная мысль. Полный бред. И как только такое могло прийти ей в голову?

— Вино просто великолепное, правда? — запинаясь, пробормотала она. — Чуть-чуть терпкое, и такой прекрасный рубиновый цвет.

Гарольд наклонился вперед, пытаясь поймать ее взгляд.

— Почему вас интересует мое семейное положение?

— Просто спросила, — слабым голосом отозвалась она, — вот и все.

— Вы совершенно не умеете лгать. И вам это не идет.

— Мама запирала меня в шкаф, когда я врала, — наверное, поэтому. Вы правы, у меня появилась одна мысль. Но это совершенно безумная идея, и я хочу забыть об этом — ну, пожалуйста. Давайте говорить о чем угодно, только не об этом. Может быть, я даже съем десерт. Ужасно люблю лимонный пирог.

Трогательный образ девочки с каштановыми волосами, запертой в полной темноте, не разжалобил Гарольда, напротив, попытка Крис сменить тему заставила его сильнее настаивать.

— Расскажите, какая у вас возникла мысль. Это ведь как-то связано со мной, не так ли?

— О да, — сердито отозвалась Крис, — связано напрямую.

— Тогда вы просто обязаны сказать мне, в чем дело.

— Я ничего не обязана, — заупрямилась она. — И вообще не скажу, и все тут.

— Сейчас еще только половина одиннадцатого. Я могу и подождать. Могу даже заказать еще бутылку вина. — Гарольд обезоруживающе улыбнулся. — Мне доставит удовольствие вынести вас отсюда на руках.

С него станется, подумала Крис. И, пожалуй, лучше сказать, иначе ничего не сдвинется с места,

С ощущением, что ступает на очень шаткий мостик над страшно глубокой пропастью, Крис произнесла:

— Ну, так и быть, скажу.

Кто знает, решила она про себя, вдруг он согласится?

Крис протянула бокал, чтобы Гарольд наполнил его. Свеча на столике мягко освещала ее лицо.

— Я хочу ребенка, — услышала она собственный голос, доносившийся словно издалека. — Хочу, чтобы вы стали его отцом. Но я не хочу выходить за вас замуж, жить с вами и вообще не хочу вас больше видеть после того, как забеременею.