Ноги Крис переплелись с ногами Гарольда, и желание вспыхнуло в нем с новой силой. Слишком долго ему пришлось терпеть, ведь он хотел ее с первой встречи.

Цепляясь за жалкие остатки самоконтроля, он снова поцеловал Крис, и на этот раз она отозвалась со всей страстью. Неловким от страсти движением он коленом раздвинул бедра Крис и кончиками пальцев дотронулся до сокровенного места. Оно было влажным и жарким — стало быть, Крис ждала его…

Он сгорал от желания, которое могла утолить только Крис, и знал, что стоит ему войти в нее, и он уже не сможет больше себя контролировать. Не сводя глаз с лица Крис, он стал поглаживать ее, словно художник, добавляющий последние мазки к своему произведению, ведя его к полному завершению. И был вознагражден тихими стонами, вырвавшимися из ее груди, легким трепетом ее губ, учащенным дыханием. А потом она вдруг выдохнула его имя, и Гарольд, доверившись своему чутью, вошел в ее жаркое тело.

Ногти Крис впились в его плечи, ее лицо было искажено той же страстью, что сжигала Гарольда. Он продолжал ритмично двигаться, пока не ощутил, как затрепетало тело Крис, приближаясь к экстазу. Она снова и снова, всхлипывая, повторяла его имя, все крепче прижимаясь к нему. И только тогда Гарольд позволил себе полностью отдаться страсти, уносившей его выше и выше… И вот он услышал свой долгий стон, в котором смешались радость и удовлетворение.

Гарольд без сил рухнул на Крис и, задыхаясь, прижался лицом к впадине между ее плечом и шеей. Понемногу его дыхание успокоилось, и тут он обнаружил, что Крис тихонько плачет. Слезы скатывались на его лицо, словно холодные капли дождя. Гарольд отвел ее волосы и испуганно спросил:

— Крис, в чем дело? Мне показалось… Крис прижала пальчики к его губам и покачала головой.