— Я так боялась, — прошептала она. — А бояться было нечего. С тобой все было так, как я не смела мечтать. Не знаю, как благодарить тебя.

Сейчас было явно не время расспрашивать ее о причинах страха, и Гарольд, обняв ее, только и сказал:

— Ты — чудо. — И мягко поцеловал ее милый, немного детский лобик.

Крис поудобнее устроилась в кольце его рук. Она улыбалась сквозь слезы, но ресницы ее уже опустились, а дыхание стало ровным. Через несколько секунд она спала крепким сном совершенно измученного человека.

Приподнявшись на локте, Гарольд внимательно изучал ее лицо. Его терзали сомнения. В течение всего их знакомства он стремился только к одному — обладать ею физически. А получилось так, что он стал ставить ее желания превыше собственных. А что это, как не одно из многоликих проявлений любви?

Он уже однажды любил женщину, и эта любовь завершилась самой страшной трагедией в его жизни. Поэтому в Крис влюбляться он не собирался. Однако приходилось признать, что после их близости он стал хотеть ее еще сильнее.

Крис проснулась до рассвета. В первую минуту она никак не могла сообразить, где находится. Ее щека покоилась на плече мужчины, пальцы вплетались в завитки волос на его груди, медленное, тяжелое биение его сердца отдавалось в голове Крис. Ее охватил ужас, словно привидевшийся во сне кошмар оказался реальностью. Испуганно вскрикнув: «Дэн!», Крис оттолкнула от себя мужчину.

И услышала голос Гарольда:

— Дэн был твоим мужем? Громкий вздох облегчения невольно вырвался из ее груди. На подушке покоилась темная голова Гарольда, а не белокурая Дана. Гарольда, который накануне доставил ей такое непередаваемое наслаждение от близости.

— Прости, пожалуйста, — смущенно пробормотала Крис. — Это самая большая бестактность, которую может допустить женщина по отношению к мужчине. — И она с грустной улыбкой прибавила:

— Да, он был моим мужем, и я никогда ни с кем не спала, кроме него. Поэтому для меня не очень привычно, проснувшись, обнаружить в своей постели мужчину.