Толпа напряглась. По правде сказать, Брук сначала хотела представиться другим именем - ну, хотя бы Пегги. Она не могла даже вообразить, как будет смотреть в глаза своим юным пациентам... Их психолог попал на страницы газет! Но будучи по природе патологически честной, взяла микрофон и просто сказала:

- Брук. Брук Уотсон.

- Отлично, Брук, - объявил Мэтт Каттер, обнимая девушку за талию, что заставило ее затрепетать. - Сегодня ваш счастливый день.

Наверное, у доброй феи выдался тяжелый день, и она совсем запуталась.

Мэтт Каттер никогда не встречал более невыносимой женщины!

Да, конечно, у нее потрясающие карие глаза и формы, которые могут довести среднестатистического американца до сердечного приступа. Но какая женщина в состоянии отказать ему, Мэтту, что бы он ни предлагал? А уж тем более подарки! Он ожидал потоков слез, сентиментальных изъявлений благодарности, но никак не того жесткого сопротивления, какое оказала ему Брук.

- Я действительно не могу принять это, - повторила Брук и опасливо отступила от микрофона.

Мэтт нахмурился. Наверное, она чего-то недопоняла.

- Вы получаете право выбирать любые джинсы в этом магазине в течение всей своей жизни.

- Мне не нужны другие джинсы, я вполне довольна теми, что у меня есть.

По правде сказать, джинсы, что сейчас повторяли изгибы ее соблазнительного тела, были очень и очень недурны. Мэтт еще раз окинул взглядом хрупкую, но упрямую брюнетку.

- Но они же не вечные.

- Они гораздо прочнее многих вещей.

Что, черт побери, она имеет в виду?

- Послушайте, - предложила вдруг Брук, - если вам так нужно сделать этот королевский подарок, я покажу человека, который примет его с благодарностью.

Она обвела взглядом толпу. Практически все в ней скакали и орали, стараясь привлечь внимание девушки. И тогда Брук улыбнулась - совсем как в первый раз, когда Мэтт встретил ее в дверях магазина. Странные мурашки пробежали по его позвоночнику.