Герцог и впрямь несколько раз наведывался в Йорк – для Марии это были самые счастливые дни. Она не отходила от него ни на шаг, даже во время официальных приемов и разговоров с офицерами флота. Когда он обсуждал государственные дела, Мария сидела у него на коленях и внимательно слушала; она чувствовала, что этим доставляет ему удовольствие. Так она узнавала кое-что о коварных голландцах, воевавших с англичанами в открытом море; слышала и вести об ужасной чуме, свирепствовавшей в Англии.

Однажды мать позвала к себе дочерей, а когда они пришли в ее покои, обняла обеих девочек и сказала:

– Ну как, вы еще не хотите вернуться домой?

Домой? Но ведь ее дом был в Йорке. Здесь жила ее мать, и сюда изредка приезжал отец, желавший иногда отдохнуть от государственных забот.

– Вам предстоит счастливое время, – пояснила герцогиня. – Вы будете жить в ричмондском дворце, там уже готовят детскую и две спальни для вас. У вас будет гувернантка и множество подруг вашего возраста.

Мария опешила, однако мать улыбалась, а Анна с удовольствием уплетала сладости. Поэтому позже, когда слуги с радостным видом говорили об отъезде, она тоже почувствовала себя счастливой и захотела поскорей вернуться в большой город.

Леди Франциска Вилльерс, младшая дочь графа Саффолкского, несколько лет назад вышедшая замуж за полковника Эдварда Вилльерса и подарившая ему довольно многочисленное потомство, чрезвычайно обрадовалась полученному приглашению.

– Видимо, король так и не обзаведется наследником, – сказала она супругу. – Следовательно, под моим присмотром окажутся два самых перспективных ребенка нашей страны.

Полковник согласился: да, предложение выглядит весьма заманчиво.