Он поставил машину поближе ко входу в ее квартиру, выключил зажигание, вышел из машины и хотел помочь ей. Однако Кэти торопливо выпорхнула из машины. Она неуверенно взглянула на смуглое, гордое лицо и решила, что на вид ему около тридцати пяти. Что-то в нем — его иностранное происхождение? А может быть, смуглая кожа? — смущало ее. Она протянула руку с пятидолларовой бумажкой.

— Большое спасибо, Рамон. Пожалуйста, возьмите. Он взглянул на деньги, потом на нее.

— Пожалуйста, — вежливо настаивала она, навязывая ему деньги, — Я уверена, что вы найдете им применение.

— Конечно, — сухо ответил он после паузы, взял деньги и засунул их в задний карман джинсов. — Я провожу вас до квартиры, — добавил он.

Кэти была слегка обескуражена, когда он вежливо, но твердо взял ее под локоть. Это был подчеркнуто галантный жест — она поняла, что неосторожно задела его.

Он вставил ключ в замок и открыл перед ней дверь. Кэти вошла внутрь и повернулась, чтобы поблагодарить, но он неожиданно сказал:

— Если не возражаете, я хотел бы воспользоваться вашим телефоном, нужно выяснить, что там с техпомощью.

Его могли арестовать из-за нее. Кэти понимала, что обычная учтивость требует разрешить ему позвонить. Тщательно скрывая свое нежелание впускать его, она отступила, чтобы он прошел в ее роскошную квартиру.

— Телефон на кофейном столике, — сказала она.

— Я собираюсь здесь задержаться, чтобы быть уверенным, что ваш друг, — он с презрением подчеркнул это слово, — не пришел в себя и не решил сюда заявиться. Тем временем механики завершат работу, и я пешком вернусь к гостинице. Это недалеко.

Кэти, которая даже не подумала, что Роб может прийти сюда, застыла с босоножкой в руках. Конечно же, Роб больше никогда и близко не подойдет к ней после того, как она его отвергла и стала свидетельницей его унижения.

— Я уверена, он больше не появится, — сказала Кэти. Но ее охватила запоздалая дрожь. — Я, пожалуй, приготовлю кофе. — Она направилась на кухню. И так как у нее не было выбора, вежливо добавила: