– Мне до них нет дела.

– Разумеется, милорд.

– Впрочем, они чересчур шумят. Это меня раздражает.

В подтверждение его слов из-за дверей донеслось восклицание:

– Гарсон! Гарсон! Куда он запропастился? Подать его сюда… или его голову на блюде!

Последовал взрыв хохота. Месье Дессин наполнил бокал англичанина вином благородного алого цвета. Харкорт отпил глоток.

– Превосходно!

– Вино из моих личных погребов, – просветлел месье Дессин. – Оно вам понравилось?

– Да.

– Это лучшее, что у нас есть. Я бы не осмелился подать вам нечто другое.

– И поступили правильно… в таком случае.

В тоне англичанина содержателю отеля почудилось грозное предупреждение насчет его возможных промахов в будущем. Лоб у него покрылся испариной. Однако он не уходил, что заставило постояльца удивленно вскинуть брови.

– Умоляю вас об одном одолжении, милорд, – наконец выдавил из себя хозяин.

– Что такое?

– Одна леди ищет спокойное место, чтобы отобедать в тишине и…

– Что «и»?

– И не соизволите ли вы, милорд, пригласить эту весьма достойную особу составить вам компанию? Клянусь, мне просто некуда ее посадить. Везде полным-полно…

– Я заказал это помещение лично для себя, – оборвал его словоизлияния Харкорт.

– Я вас понимаю, милорд, но эта леди молода и красива, и ее присутствие в общем зале может послужить причиной… некоторых неприятностей. А в спальне, отведенной ей, ужасно холодно.

Месье Дессин буквально расстилался перед приезжим англичанином. Шелдон Харкорт окинул его недоверчивым взглядом.

– Молода и красива? Вы уверены?

– Убежден, что вы, милорд, согласитесь с этим. Готов поклясться – мадам истинная красотка…

Чтобы подкрепить свое утверждение, месье Дессин поцеловал кончики пальцев и принятым издревле у французов жестом , вскинул вверх раскрытую ладонь, выражая высшую степень восторга… Шелдон Харкорт смирился.