— Эмили?

Она не ответила. Капитан слегка встряхнул девушку и повторил ее имя. Эмили взглянула на него, и у Эдгара перехватило дыхание от изумления. Девушка была очень красива. Несмотря на золотисто-русые волосы, ее ярко-голубые глаза обрамляли длинные, черные ресницы.

Это хрупкое создание растрогало обычно грубоватого Эдгара. Он с состраданием окинул взглядом ее дрожащую фигурку и не мог не заметить крепкую молодую грудь, обтянутую мокрой тонкой тканью, и бережно стянул покрепче концы шерстяной шали на ее груди.

— Эмили, дорогая, — заговорил он немного отрывисто, завороженный ее красотой, — мы должны немедленно уходить. Скоро здесь будут сантанисты.

Эмили слышала его как сквозь туман и вздрогнула, когда над головой раздался удар грома.

— Са-та-на, — пробормотала она обреченно, пристально всматриваясь в смуглого техасца.

Может быть, этот человек в черном, с черными волосами и глазами — сам дьявол, который пришел сюда, чтобы выгнать ее с родной земли? Или она уже умерла? И это ад?

— Нет, малышка, — терпеливо ответил Эдгар, — не сатана. Мексиканцы.

Мексиканцы! Война! Эмили сразу все вспомнила и задохнулась от захлестнувшей боли. Эдгар обнял ее, и она в отчаянии зарыдала.

— Бедная девочка, бедный ребенок, — утешал он, гладя ее длинные, золотистые волосы.

«Проклятие всем войнам!» — с горечью думал Эдгар, прижимая к себе Эмили. Генерал Хьюстон отдал приказ эвакуировать жителей, взорвать запасы оружия, сжечь все сооружения, которые могли бы послужить укрытием врагу. Но от выполнения этих распоряжений страдали мирные люди, такие как эта девушка, плачущая сейчас в его объятиях.

Услышав далекий взрыв, он встал, поднял Эмили и заскользил по грязи к Аполлиону. Пока капитан не добрался до коня, девушка безвольно лежала в его объятиях, но вдруг что-то сдвинулось в ее затуманенном мозгу: «Боже мой, — в панике подумала она, — этот безумец уводит меня от моей матери!» Эмили начала бить ногами, кричать и укусила техасца в плечо с такой яростью, что он уронил ее в грязь и завопил от боли.