Люк прервал ее мысли другим вопросом:

— И тебе нравится организовывать жизнь чужих людей?

— Да, очень, — с невозмутимой улыбкой ответила Иона.

Она явно хочет поскорее убраться отсюда, черт возьми! Люк подавил внезапную вспышку гнева. Он не был дураком и никогда не влюблялся в своих подружек. Холодное спокойствие Ионы свидетельствовало о том, что в жизни у нее все нормально, и он теперь без труда может порвать тончайшую нить, которая связывает его с этой женщиной. Ведь это было всего лишь маленькое любовное приключение.

Но внезапно Люку захотелось прикоснуться к ней. Ему потребовалось все его самообладание, чтобы не дотронуться до нее, не прикоснуться пальцем к ее влажной верхней губе, к стройной белой шее и увидеть, как темнеют от желания переливающиеся синим и зеленым глаза.

Ему необходимо доказать Ионе, что он так же равнодушен к ней, как она — к нему…

Раздался звонок в дверь. Иона вздрогнула, затем отступила назад, опустив затуманившиеся глаза. Люку показалось, будто только что он стоял на краю глубокой пропасти. Да, еще немного — и он свалял бы дурака.

Она повернулась и выдохнула:

— Наверное, это Энджи — моя начальница.

Голос Люка был холодным и размеренным.

— Я пойду с тобой.

Это действительно была Энджи. Иона надеялась, что Люк не заметит беспокойства, которое мелькнуло на лице Энджи, увидевшей расстроенную кузину.

Но Энджи мгновенно овладела собой.

— Меня зовут Анджела Мейкпис. Должно быть, вы — один из гостей, которых мы ожидаем? — любезно спросила она.

— Да. Я — Лукас Микелакис.

Энджи протянула ему руку:

— Как поживаете? Сожалею, мистер Микелакис, но мне сказали, что вы появитесь только во второй половине дня.

К некоторому удивлению Ионы, Люк принял это извинение, и его длинные загорелые пальцы коротко пожали руку Энджи.

— Как видите, я приехал раньше.