Но день состоит из двадцати четырех часов, в каждом из которых шестьдесят минут. Сколько же их должно было пройти, чтобы она могла хоть на пять минут избавиться от воспоминаний? И сколько прошло с тех пор, как она лежала ночь напролет без сна, охваченная тем мучительным чувством, которое изо всех сил старалась забыть? В конце концов ей удалось выстроить в своем сознании стену. За этой стеной она жила уже два года. И порой ей казалось, что она жива только наполовину…

— Что случилось?

В ответ на удивленный взгляд Дрю она подчеркнуто небрежно пожала плечами.

— Я увидела привидение, — пошутила она, опуская свои слишком выразительные в этот момент глаза.

— Теперь, когда вы в Лондоне, мы сможем видеться чаще… — взволнованно проговорил Дрю и взял ее за руку. — Я хочу сказать, получается у меня, правда, не слишком складно… мне кажется, я вас люблю.

Рука у нее дрогнула, из рюмки плеснулось шерри. Пробормотав извинения, она стала шарить в сумке в поисках салфетки, но подбежал официант и ловко вытер стол. Кэтрин сидела ошеломленная, мечтая оказаться где угодно, только не здесь, где Дрю выжидательно смотрел на нее.

— Я хотел, чтобы вы знали, как я к вам отношусь, — вздохнул он.

— Я… я не думала. Мне и в голову не приходило… — вот и все, что она сумела пролепетать, чувствуя, что говорит что-то не то.

— Я понимаю, вам надо подумать. — На его спокойном лице промелькнула горькая усмешка. — Очевидно, я выразился не так ясно, как мне казалось. Кэтрин, не смотрите так испуганно. Я ничего от вас не требую. Я проявил нетерпение и бестактность, прошу меня извинить.

— Я чувствую, что встала между вами и Аннет, — виновато прошептала она.

— Ерунда, — нахмурился он. — Только после того, как мы расстались, я понял, насколько хочу быть с вами.

— Но, не окажись меня рядом, вы наверняка вернулись бы к ней, — натянуто ответила она. — | Вы очень хороший друг, но…