— Есть куда выбросить мусор?

Я нашла большой бумажный пакет и протянула ему. Он бросил в него мусор.

— Проследите, чтобы мальчики тоже убрали за собой. Мы не должны оставлять после себя ни соринки! А как насчет чая?

Я понимала, что должна выполнять его приказы, — в конце концов, я всего лишь младший член преподавательского состава, — но, видимо, он почувствовал даже своей толстой кожей мое недовольство тем, что со мной обращаются как с прислугой, потому что тон его стал извиняющимся:

— У меня болит нога. Поэтому если вас не затруднит…

— Простите, я забыла про вашу ногу. Вы растянули ее, когда тащили автобус?

— Да, наверное.

Я спрыгнула на землю и с помощью мальчиков разожгла примус. Наполнив котелок водой из бутылок, мы приготовили чай в огромном чайнике, который брали с собой. После еды настроение у всех заметно улучшилось, и даже мистер Хардвик стал более разговорчивым. Он сидел с мальчиками и дружелюбно болтал с ними, я же решила немного прогуляться. Сквозь туман до меня долетел голос мистера Хардвика:

— Не уходите далеко, мисс Джонс!

Брюки прилипали к ногам, волосы безнадежно свисали влажными прядями, и вся я дрожала от холода. Накинув на голову капюшон ветровки, я осмотрелась. Туман забивался в нос и каплями висел на моих ресницах. Я знала, что где-то за этой серой пеленой тумана раскинулся потрясающей красоты пейзаж, и пожалела, что наша географическая вылазка пошла не по плану.

Мы задумали этот поход еще в начале прошлого семестра, когда мистер Хардвик возглавлял кафедру географии. Потом заболел директор и был вынужден уйти на пенсию. Мистер Хардвик временно занял его место.

Я повернулась и пошла назад. Озабоченное выражение исчезло с лица мистера Хардвика, едва он увидел меня. На капоте была разложена карта военно-геодезического управления, которую он изучал вместе с собравшимися вокруг него ребятами.

— Мы находимся на высоте примерно две тысячи футов, — сказал один из учеников.