– Не знаю, – нахмурившись, призналась Элинор. – Что-то в нем есть такое, что меня бесит. Стоит ему подойти ко мне, и я начинаю себя чувствовать, как кошка на раскаленной крыше. – Девушка устало потерла глаза. – Не нравится мне он, – с ребяческим упрямством повторила она, – но почему я на него так странно реагирую, я тоже не пойму.

Зато я очень даже хорошо понимаю, подумала Мейми. Это называется физическим влечением. Однако высказать вслух эту крамольную мысль она не могла и лишь осторожно спросила:

– Что ты собираешься делать?

– А что мне остается? – с горечью отозвалась Элинор. – Придется идти на компромисс. У меня нет выбора. Знаешь, что он мне заявил? – Она наклонилась вперед, сверкая глазами. – Он признался, что сам посоветовал издателям отклонить первый вариант моей рукописи. И еще имел наглость заявить, что книга получилась невероятно занудной, что в вырезных картинках больше жизни, чем в моих героях, особенно в Эжени! – Внезапно воинственный дух оставил Элинор, и блеск в ее глазах потух. – Хуже всего то, что я и сама это знаю. Ох, Мейми, и зачем я только согласилась писать эту книгу!

– Затем, что для тебя это была возможность шире раскрыть твой талант, – мягко напомнила Мейми. – Ты ведь сама хотела писать ее, Элинор.

– Не напоминай! – застонала Элинор. – Наверное, у меня было временное помрачение рассудка! Я не справлюсь, Мейми. Не справлюсь, и все тут.

– Ты сказала об этом Рею?

Глаза Элинор тут же потемнели от гнева:

– Сдаться на его милость? Еще чего не хватало!

– И что теперь?

– Снова засяду за работу, только не в Бристоле. У Дианы есть небольшой коттедж, она разрешает своим авторам им пользоваться. Вот я и собираюсь туда отправиться. Там Рей меня не достанет, авось и отвяжется со своей секретаршей. – Элинор по-детски надула губы. – Я уезжаю сегодня вечером. Это в Гудуике.

– Ты едешь в Уэльс в такое время года? – ужаснулась Мейми. – Декабрь на носу! Кстати, пока не забыла – какие у тебя планы на Рождество? Мы с Фредом будем рады, если ты к нам присоединишься.