- Какой от этого толк, осмелюсь вам сказать! - загремел разъяренный Жоливаль. - Черт возьми, Марианна, да перестаньте же играть героинь романов! Если вас настигнет смерть на этой проклятой дороге, она ничем не поможет Язону Бофору, скорее наоборот! А если вы обязательно хотите терпеть мучения из солидарности с ним, тогда, моя дорогая, вам лучше отправиться в самый суровый монастырь: там вы будете поститься, спать на ледяных камнях и трижды в день подвергать себя бичеванию, если это вам улыбается! По крайней мере вы не будете помехой, когда для Язона представится хоть какая-нибудь возможность бегства!

- Аркадиус! - воскликнула оскорбленная Марианна. - Как вы говорите со мной!

- Я говорю так, как должен это делать! И если вы хотите знать, я считаю себя идиотом, что позволил вам следовать за обозом.

- А я вам уже сто раз повторяла, что не хочу разлучаться с ним. Если с ним что-нибудь произойдет...

- Я буду там, чтобы сразу это заметить! Вы были бы нам в сто раз полезней, если бы уехали в Брест, оформили там наследство, устроились поосновательней и начали бы искать общий язык с местными жителями! Вы не забыли, что нам необходимо судно с экипажем, способным пересечь океан? Но нет! Вы предпочитаете уподобиться женщинам-святошам на пути к Голгофе, вы тянетесь вслед за заключенными в надежде сыграть Магдалину или, как святая Вероника, вытереть вашей вуалью измученное лицо друга!

Но черт возьми, если бы был хоть малейший шанс на спасение Христа, я утверждаю, что те женщины не стали бы терять время в древних улочках Иерусалима! Вы хоть подумали о том, что император скоро узнает, как княгиня Сант'Анна снова ослушалась его и следует за каторжниками в Брест?

- Он об этом ничего не узнает. Мы едем скромно, и я прохожу как ваша племянница.

Это было так. Для большей безопасности Жоливалю удалось с помощью Талейрана выправить для себя паспорт, в котором была записана его племянница Мария. Но виконт разъяренно пожал плечами.