Теперь, когда прошло почти четыре года с тех пор, как Шанна улетела из Мадрида, ее жизнь наладилась. У нее была собственная квартира в современном здании в пригороде Эпплкросс, и она работала врачом в больнице неподалеку от дома с пяти вечера до полуночи. Идеальный вариант, потому что Шанна могла проводить дни с дочерью и платить Анне, милой вдове, живущей по соседству, за то, что та сидела с Ники вечерами.

– Можно взять сахарной ваты домой, чтобы поделиться с Анной? – Ники уставилась на Шанну ангельским взглядом. – Обещаю почистить зубы после еды.

Она посмотрела на дочку и уже хотела предложить ей дыню, которую захватила с собой, однако передумала.

– Ладно. – Какой карнавал без сахарной ваты?

– Я тебя люблю, мамочка! – просияла малышка. – Ты самая лучшая.

– Я тоже тебя люблю, зайка. – Шанна крепко обняла Ники, рассмеялась и чмокнула дочку в щеку. – Купим вату и пойдем домой.

Шанна подняла голову и застыла на месте. Она была потрясена, увидев людей, которых, как считала, никогда больше не увидит. Шанна надеялась, что ни один родственник Мартинезов не встретится больше на ее пути.

Каковы шансы встретиться, если живешь в разных частях света?

И почему именно здесь, на карнавале в парке, в Эпплкросс?!

Шанна могла бы поклясться, что на мгновение у нее остановилось сердце. Зато теперь оно колотилось так бешено, что, казалось, еще немного – и выпрыгнет из груди. Эти люди узнали ее, так что убегать не было смысла.

– Шанна, – вежливо, но холодно поздоровался Сандро Мартинез.

Младший брат Марселло с подозрением смотрел на Ники.

– Сандро, – также вежливо отозвалась Шанна. – Луиза.

Нужно убираться отсюда, и поскорее.

– Мамочка?

О, нет! Из уст невинного ребенка прозвучало слово, которое расставило все по своим местам.

– Твоя дочь? – поинтересовался Сандро, поджав губы.

Прежде чем Шанна сумела придумать достойный ответ, малышка заговорила снова: