Да какая разница, какого дерева? Как будто кто-то разбирается в названиях деревьев! Главное, что оно было высоким, с него хорошо просматривалась расположенная на третьем этаже спальня Кэролайн, а из веток вышло отличное сиденье. Дамон уселся на удобном разветвлении метрах и десяти над землей, закинул руки за голову и небрежно покачивал ногой в крепко зашнурованном ботике. Ему было уютно, как коту. Он прищурился. Он наблюдал.

Дамон ждал волшебного мига — 4 часа 44 минуты, когда Кэролайн начнет свой странный обряд. Дамон видел его уже дважды и был заворожен.

В этот момент он и почувствовал комариный укус.

Померещилось. Комары не кусают вампиров. Вампиры не люди; в крови вампиров нет питательных веществ. Но у Дамона было явственное ощущение, что в заднюю часть шеи его укусил комар.

Он обернулся, вдыхая аромат летней ночи, — и ничего не обнаружил.

Иголки какого-то хвойного дерева. Никто не летает, никто не ползает.

Ну ясно. Это просто иголка. Но укололо больно. Причем боль не проходила — наоборот, становилась сильнее.

Пчела-камикадзе? Дамон внимательно ощупал шею. Ни ядовитой железы, ни Только крохотное мягкое вздутие. И оно болело.

Впрочем, через секунду он уже забыл об этой ерунде. Все его внимание было приковано к окну.

Он толком не понял, что произошло, но вокруг спящей Кэролайн, словно провод под высоким напряжением, ни с того ни с сего зазвенела Сила. Именно Сила привела его сюда несколько дней назад, но, даже оказавшись здесь, он так и не смог обнаружить ее источник.

Часы дотикали до 4.40. Заорал будильник. Кэролайн проснулась и хлопнула по нему так, что он полетел через всю комнату.

«Тебе повезло, малышка, — ехидно подумал Дамон. — Если бы я был не вампиром, а плохим человеком, под угрозой оказалась бы твоя девичья честь — если от нее хоть что-то осталось. К счастью для тебя, я завязал с этими шалостями лет пятьсот назад».