Грязное, мерзкое ничтожество! — возмутилась Сузан и едва сдержалась, чтобы не войти и не влепить Эдварду пощечину. Да, она и сегодня взяла с собой материалы для работы, но это не повод называть ее синим чулком. Эдвард попросту завидует ее деловой хватке.

— О чем другом, а о работе ей меньше всего хотелось говорить, когда мы были вместе, — самодовольно возразил Леонардо. — А ее карьера деловой женщины скоро закончится, уж поверь мне.

Услышав такое, Сузан сначала покраснела от стыда, а затем побледнела от возмущения. Как ей поступить с работой, будет решать она, а не Лео! Да, муж для нее на первом месте, но это не означает рабского подчинения ему во всем.

Однако то, что она услышала дальше, и вовсе повергло ее в шок.

— Вот как раз об этом я и хотел поговорить, — оживился Эдвард. — У меня сейчас временные проблемы с наличностью, и я хотел удостовериться, что вопрос о продаже компании «Хадсон Тейсти Ти» решится в ближайшее время. Сам знаешь, что месторасположение фабрики не только живописно, но и очень выгодно во многих отношениях, учитывая близость моря. Как только ты станешь владельцем, я найду покупателя и получу обещанные мне комиссионные. Если фабрику закрыть, перестроить и превратить в гостинично-курортный комплекс, то отбоя от туристов не будет, а, значит, деньги потекут рекой.

Сузан прислонилась к стене, ноги не держали ее. Она не могла поверить в то, что услышанное было правдой. Неужели Леонардо, горячо любимый муж, ради которого она была готова пожертвовать всем, что ей дорого, и который, как предполагалось, столь же самоотверженно любил ее, в сговоре с этим алчным Эдвардом? Они планируют продать «Хадсон», а саму фабрику перестроить в угоду туристам?!

Подавив стон, Сузан продолжала слушать, моля Бога, чтобы все это оказалось дурным сном.