Мэри и рада была бы разделить энтузиазм девочки, но, расставшись с этим человеком внизу лишь несколько минут назад, она не горела желанием снова увидеть Томаса Тэлфорда. Хотя, судя по возбуждению Нины, та не могла дождаться, когда отец поднимется в детскую.
— Да, замечательный сюрприз для тебя, — осторожно согласилась Мэри, поправляя подушку, на которой лежала ее воспитанница. — Твой папа всегда возвращается так неожиданно?
— Всегда! — радостно кивнула Нина, тряхнув темными локонами. — Но он и уезжает также внезапно, — с грустью добавила она.
Мэри понимала, что это неизбежно: репортер должен отправляться на место событий, когда бы и где бы они ни происходили. И от этого его дочери приходилось несладко. Хотя, вынуждена была признать Мэри, Нина быстро приспособилась к существующему положению вещей. Ее ни в коем случае нельзя было назвать заброшенной или психологически неустроенной!
Мэри до сих пор недоумевала: что в ее словах, сказанных внизу, так развеселило Томаса Тэлфорда. Ни он, ни Джулия так и не удосужились ей объяснить, а спрашивать об этом у девочки было бы крайне нечестно.
— Как ты себя сегодня чувствуешь? — с улыбкой спросила она у своей юной воспитанницы.
Нина улыбнулась в ответ, и Мэри отметила, что дочь очень похожа на отца.
— Достаточно хорошо, чтобы спуститься к обеду! — радостно заявила она.
У Мэри при этих словах дрогнуло сердце. Ведь если Нина будет обедать со всеми в столовой, то ей тоже придется присоединиться к ним. И если напряженность между Томасом и Джулией была показателем отношений этого человека с остальными членами семьи, то хорошенький же всем предстоит обед — и ей в том числе!
— Ты уверена? — усомнилась она. — Ведь тебе по–прежнему приходится пользоваться костылями.
Несчастье случилось три дня назад, и врач посоветовал несколько дней избегать всякой нагрузки на колено.
Первый день Нина наслаждалась всеобщим вниманием и важно принимала посетителей в своей спальне. Но вскоре новизна ощущений поблекла, и в результате этим утром она заявила, что хочет ненадолго подняться. Однако спустя час девочка была рада вернуться в кровать. Но теперь, когда возвратился отец, ситуация изменилась.