— Да, сэр?

Гарри отошел от стола и приблизился к холодному камину.

— Сколько лет ты работаешь со мной, Темпл?

— На Иванов день будет четырнадцать, — незамедлительно ответил Темпл.

— Это же как раз через две недели.

Темпл молча кивнул.

— Я женился на Беатрис за год до этого, — продолжал Гарри, глядя в темную пустоту камина, словно вся его жизнь лежала там, на куче угля, готовой запылать, если теплая погода сменится холодом.

— Насколько помнится, я поступил к вам на службу, когда леди Росс… гм… ожидала леди Индию.

— Ммм… прошло почти пять лет после смерти Беа.

Темпл что-то пробормотал.

— Пять лет — долгий срок, — произнес Гарри, и карие глаза за линзами очков потемнели. — Дети становятся неуправляемыми. Бог свидетель, меня они вообще не слушаются, а Герти и Джордж с трудом справляются с близнецами и Мактавишем, что уж говорить о Диггере и Индии.

Брови Темпла слегка приподнялись. Он догадался, к чему клонится разговор, но не мог понять, какую роль в этом деликатном вопросе маркиз отводит ему.

Гарри глубоко вздохнул, потер нос, повернулся и направился к глубокому зеленому кожаному креслу, стоявшему за письменным столом. Сев, он махнул рукой на блокнот Темпла.

— Я решил, что детям необходимо женское внимание. Хочу, чтобы ты помог мне найти такую женщину.

— Гувернантку?

Гарри поджал губы.

— Нет. После того как во время пожара погибла мисс Рейнольд… нет. Детям необходимо время, чтобы оправиться от этого кошмара. Женщина, о которой я говорю… — он взглянул на миниатюру, стоявшую в углу стола, — будет маркизой. Детям нужна мать, а мне…

— Жена? — негромко подсказал Темпл, поскольку Гарри умолк. Несмотря на все свои намерения не углубляться в переживания хозяина, Темпл за долгие годы искренне привязался к Гарри и его выводку из пяти маленьких озорников. Темпл хорошо знал, что Гарри испытывал к своей покойной жене пусть и не всепоглощающую любовь, но чувство, достаточно сильное, чтобы скорбеть о ней на протяжении пяти лет, после того как она умерла родами.