Ее подруга вдова Джинни Белл жила в коттедже неподалеку от Мэрибел. Женщина была учителем и преподавала в колледже. В свои сорок лет Джинни обладала стройной фигурой, ее черные волосы были аккуратно подстрижены.

Она немало удивилась, увидев Мэрибел у своих дверей.

– Бог мой, я не ждала тебя так скоро!

Элиас радостно протянул ручки навстречу Мэрибел. Малышу уже исполнилось шестнадцать месяцев, и он был очень похож на своего отца: те же темные вьющиеся волосы и карие глаза, тот же темперамент, та же улыбка. Мэрибел обняла сынишку, ощутив прилив любви. Только после рождения Элиаса она ощутила в полной мере тот самый материнский инстинкт. Целый год Мэрибел занималась только воспитанием ребенка, а потом вышла на неполный рабочий день. Она не оставляла ребенка больше чем на пару часов и всегда торопилась поскорее вернуться к нему. Так, без особых усилий, Элиас стал центром ее мира.

Все еще удивленная таким скорым возвращением Мэрибел, Джинни нахмурилась.

– Я думала, твои дядя и тетя организуют банкет после церемонии.

Мэрибел вкратце описала подруге вчерашний звонок тетушки.

– Бог мой, как могла Гермиона Стреттон так поступить с тобой? – негодуя, воскликнула Джинни. Она давно дружила с Мэрибел и знала, сколько задолжали ей Стреттоны. Мэрибел всегда присматривала за Имоджен, тогда как родители модели одобряли распутное поведение дочери.

– Что ж, все равно я спешила к Элиасу. И заранее знала, что так все и будет.

– Когда твоя тетя давила на тебя, чтобы ты сделала аборт, она и так зашла слишком далеко, – напомнила подруге Джинни. – Что же до ее предположения, что ты не справишься, она ошиблась, потому что ты одна из самых хороших матерей, которых я знаю.

– Думаю, тетя поступала так из лучших побуждений. Ведь в те времена, когда Гермиона была девушкой, рожать ребенка вне брака было позором для всей семьи.

– Почему ты так добра к ним? Эта женщина всегда относилась к тебе, как к нищенке!