Дженни вскрикнула. Но это было неважно, потому что кричали все. Ди, расстегнувшая ремень, чтобы наклониться к Майклу, подпрыгнула так высоко, что чуть не ударилась головой о багажную полку.

Они падали, и это оказалось хуже, чем тысяча лифтов. Сиденье уходило из-под Дженни.

«О чем думают люди перед смертью? О чем я должна думать? Том».

Ей надо бы подумать о Томе и о том, как она любит его. Но в ней не осталось места ни для чего, кроме удивления и страха.

Потом самолет взмыл вверх. Теперь ее плотно вдавило в сиденье, только что уходившее куда-то вниз. Все произошло мгновенно.

Из динамиков раздался голос пилота, ровный и мягкий: «Приносим свои извинения, друзья. Мы попали в зону небольшой турбулентности. Сейчас попытаемся подняться выше, а вы тем временем держите ремни пристегнутыми».

Всего лишь турбулентность. Обычное дело. Они не умрут.

Дженни снова посмотрела в иллюминатор, впрочем, без особого успеха. Они летят среди облаков. Туман и темнота...

Такие же туман и темнота, которые приносят Сумеречные люди… Ее сознание, не встретив сопротивления, устремилось туда: «В любую минуту ты можешь увидеть его глаза — голодные, голодные глаза...»

Но она ничего не увидела.

— Эй, послушайте, — охрипшим голосом произнес Майкл, — про мой сон.

— Это всего лишь сон, — резюмировала рассудительная Одри.

Дженни была благодарна ей за бодрость в голосе и остроумие. Как шлепок при пробуждении.

«Всего лишь сон. Ничего не значащий», — не слишком искренне вторила ей Дженни, потому что и на мгновение не могла в это поверить.

Но она понятия не имела, что он значил на самом деле. Стоял ли за этим Джулиан, пытающий их образом Саммер? Ночные кошмары были характерной особенностью Сумеречного человека.