— Поспорим?

— Ты сегодня какой-то агрессивный, Колтрейн.

— Просто ты опять меня недооцениваешь.

— Если ты имеешь в виду Симмонсов, то там дело было не в наших профессиональных качествах. Ей все равно предоставили бы опеку, независимо от того, кто защищал ее или выступал против.

— Видишь, ты сама постоянно думаешь об этом деле. Ну что, будем спорить?

— Нет.

Ридж печально покачал головой:

— Никогда не думал, что ты так не уверена в себе, Морея. Давай поспорим хотя бы на ужин, место выбирает победитель.

— Давай лучше перейдем к делу.

— Но я именно это и имею в виду, дорогая. Или ты подумала, что я имею в виду свидание?

На этот раз Морея решила не возражать против ласкового обращения. Что же касается свидания, то это такая глупость, что ее и обсуждать-то не стоит. Даже если бы он не был женат.

А между прочим, ведет он себя совсем не как женатый человек, подумала Морея. Но вслух это не высказала, прекрасно понимая, что он ответит: “А как ведет себя женатый человек, дорогая? Поделись со мной, пожалуйста”.

Нет, лучше промолчать.

— Ты хотела что-то сказать о своем отце, — напомнил Ридж.

— Мой отец вовсе не такой наивный, каким его представляет мама. Просто он очень добрый. Именно поэтому, желая помочь аспирантке, и угодил в такую историю.

— А может быть, эта помощь была неправильно истолкована?

Она задумалась.

— Я знаю только, что он действовал из добрых побуждений и думал, будто все такие же.

— А эта аспирантка оказалась вовсе не такая, да? — нахмурился Ридж. — Ты должна разузнать о ней как можно больше.

— Почему я?

Он улыбнулся:

— Потому что я официально этим делом не занимаюсь. Но, по-моему, мы уже опаздываем...

— Об этом не беспокойся. Ты ведь можешь сказать моему отцу, что мы просто не могли оторваться друг от друга. — Морея потянулась за чеком, который официантка оставила на столе, и была поражена, с какой ловкостью Ридж вытащил его у нее из-под пальцев. — Нет, я заплачу, — твердо сказала она. — В конце концов, ты и так делаешь мне одолжение... своего рода.