— Я посоветовал Тренту быть с тобой предельно откровенным, — продолжал Алан.

Не дожидаясь приглашения, Трент уселся в кресло напротив Мореи.

— Может быть, это правильно, чтобы меня защищала женщина, — заявил он. — Когда вы скажете судье, что моя жена не заслуживает и цента, он с вами быстрее согласится.

— Мы уже говорили об этом, Трент, — сказал Алан. — Сомнительно, чтобы вам удалось вообще ничего не заплатить, но Морея постарается сделать так, чтобы это не стоило вам...

— Спасибо, Алан, — прервала его Морея. — Думаю, нам с мистером Пэкстоном следует побеседовать наедине.

Он взглянул на нее и, не произнося больше ни слова, вышел вслед за Синда из кабинета.

— Ясно, что мне это будет стоить по крайней мере ваш гонорар, — произнес Трент. — И это немалые деньги, судя по всему. Вот уж что ваша фирма не упустит, так это выставить мне счет. Но я сразу хочу сказать, что алименты платить я не намерен, не говоря уже о том, чтобы отдать ей часть моего состояния...

Морея дала ему возможность высказаться, но минут через десять, видя, что он и не думает останавливаться, вынуждена была его прервать:

— Мистер Пэкстон, вы потратили треть отведенного нам времени на то, чтобы поучить меня, как нужно делать мою работу. А теперь позвольте сообщить вам несколько жизненных принципов.

Трент удивленно взглянул на нее, но замолчал.

— Если вы действительно намерены развестись, то возможны два варианта. Или вы с вашей женой придете к взаимной договоренности по поводу того, как разумно и справедливо разойтись, или же за вас это сделает суд. Но в любом случае, поскольку вы состояли в браке несколько лет и у вас есть ребенок, уйти просто так вам не удастся. И дело не только в том, что на вас лежит ответственность за сына, но...

— Так на чьей вы стороне? — воскликнул он. — Похоже, что не на моей!

Морея продолжала как ни в чем не бывало: