— Если бы такой мужик ждал меня дома, я бы вообще на улицу не вылезала — даже ради того, чтобы купить шоколадку, — с томным вздохом говорила одна.

— Еще бы! Ни за какие коврижки. Я бы купила самую большую кровать, какую только можно достать, и устроилась бы в ней на веки вечные, — вторила ей другая.

Бесспорно, Уолт кажется им Прекрасным Принцем, о котором мечтает каждая женщина, подумала Ширли. Слава Богу, никто здесь с ним не знаком, иначе бы все поняли, что я лгу.

Уолт Рейнольдс был однолюбом не больше, чем она — убежденной сторонницей брака, причем стоило лишь увидеть его чувственные губы, изогнутые в усмешке, и мягкую кошачью походку, как тут же становилось ясно, что этот мужчина живет исключительно для собственного удовольствия. Серьезности в нем не было ни грамма, а с Ширли они были едва знакомы, к тому же уже много лет не виделись. Поэтому-то она и выбрала Уолта в качестве выдуманного жениха. Он был идеальной кандидатурой на эту роль еще и потому, что когда-то крутил роман с Бернис, ее соседкой по комнате в общежитии. Ширли поддерживала с ней дружеские отношения до сих пор, и поэтому многое знала о жизни Уолта Рейнольдса.

Ширли пришлось придумать себе жениха, когда ей стало ясно: каким бы квалифицированным и исполнительным сотрудником она ни была и как бы много ни работала, ее карьере не суждено продвинуться ни на дюйм, пока она не станет играть по правилам, раз и навсегда установленным главой фирмы. А правила эти предусматривали, что каждый работник компании должен являть собой образец примерного семьянина.

Конечно, врать сослуживцам было ужасно противно, и Ширли буквально давилась каждым словом лжи. Однако ей необходим был жених — хотя бы временно, а Уолт Рейнольдс, который сейчас, слава Богу, благополучно пребывал за пределами страны, консультируя каких-то богатых клиентов, представлялся идеальной кандидатурой на эту роль, тем более что, по словам Бернис, собирался вернуться на родину только через несколько месяцев.