Кейт вспомнила свое первое Рождество в Темплтон-хаузе. Великолепие дома тогда совершенно ослепило ее, а неизменная ласка и теплота окружающих смягчили израненное детское сердце.

Полжизни она прожила здесь, традиции Темплтонов стали ее традициями...

Девушке захотелось запечатлеть этот миг в памяти как можно отчетливее. Надо запомнить навсегда, как отсветы пламени играют на прекрасном лице тети Сьюзен, когда она улыбается дяде Томми, а он в ответ берет ее за руку. Они потрясающе смотрятся вместе - милая, хрупкая женщина и высокий, представительный мужчина.

Тихо играла рождественская музыка. Сидящая на полу Лора вынимала из коробки красные стеклянные шары. Марго разливала по серебряным чашкам дымящийся шоколад и строила глазки Джошу - в этом искусстве она уже почти достигла совершенства. Джош стоял на стремянке, закрепляя последний фонарик, его рыжие волосы отливали золотом. Он с довольным видом ухмылялся.

Комната искрилась от сияющего серебра, посверкивающих бокалов, от полированной до блеска старинной мебели. Старшие Темплтоны в окружении очаровательных детей среди всего этого света казались королевской четой. Как же она их любила!

- Разве они не прекрасны, Энни?

- Конечно. И ты тоже.

"Где уж мне", - подумала Кейт и шагнула в комнату.

- А вот и Кети, девочка моя! - просиял Томас. - Неужели рассталась на минутку со своими учебниками?

- Если ты перестанешь вести деловые беседы по телефону все вечера напролет, так и быть - я тоже тогда перестану учиться.

- Сегодня вечером - никаких дел! - подмигнул он. - Думаю, отели как-нибудь продержатся вечерок без моего руководства.

- Но все же им придется нелегко без тебя и тети Сьюзи.