Опал наклонила кофейник и плеснула в чашку Гюнтера. Горячий кофе снова пролился на его руку.

– Оставь девочку в покое, – пригрозила Опал, – а то я обварю тебе ноги!

Не отрывая от Гюнтера сердитого взгляда, она через плечо передала заказ на кухню.

Облик Опал, ее манеры напомнили Клэр то время, когда они с Дуганом заходили в кафе. Чаще, чем раз в месяц, они себе этого позволить не могли.

Гюнтер тихо выругался. Клэр взглянула на его руку и поспешно вышла из-за стола.

– Дайте мне посмотреть, – сказала она.

Гюнтер отпрянул и зашелся кашлем.

– Я… не хочу… никакой помощи… от тебя, – он не мог справиться с удушьем.

– Опал, принесите, пожалуйста, Гюнтеру таз с холодной водой. И проследите, чтобы он продержал в ней руку минут тридцать.

– Этому старому дураку лучше туда голову засунуть, – проворчала официантка, но медленно направилась в строну кухни.

– Давно ли у вас этот кашель, Гюнтер? – спросила Клэр.

Кашель был глубокий, грудной, и после приступа охотник долго не мог отдышаться.

– Он всю жизнь кашляет, сколько помню, – сказала Лила. – Слишком прижимист, чтобы тратиться на доктора.

– Если вы зайдете сегодня вечером ко мне в гостиницу, я вас осмотрю, – пообещала Клэр.

– Я не…

– Платить не надо, – прервала его Клэр.

Гюнтер ничего не ответил и отвернулся к двери. Его лицо покраснело, то ли от кашля, то ли от негодования – понять было трудно.

Она вернулась к Лиле.

– Знаешь, тетя, мне что-то не по себе. Не удивлюсь, если окажется, что мое возвращение – большая ошибка.

Почувствовав чей-то взгляд, повернулась к окну. В просвет между клетчатыми занавесями прямо на нее смотрел Дуган. Он улыбался краешком рта, на щеке обозначилась ямочка. Она зажмурилась, а когда открыла глаза, Дугана уже не было. Клэр подошла к окну и увидела, что он садится в кабину грузовичка.

– Жаль, что уехала, не дождавшись лучших времен, – услышала она за спиной голос Опал. – У твоего сейчас дела идут хорошо.