Тот хотел было возразить, но, заметив блеск в глазах Рика, решил не нарываться и выложил на стол наличность –около пятисот фунтов –и пакет, в котором было таблеток двадцать. Рик сгреб все это в карман, и Блю подтолкнул дилера к выходу.

– Вали, пока ходить можешь, и чтоб я тебя здесь больше не видел.

Когда дилер ушел, Рик повернулся к тощему парню с козлиной бородкой и сунул ему таблетки.

– Держи, еще кое-что для твоей коллекции. А теперь шевели помидорами и продай их.

Братья направились в главный зал к бару, Блю не отставал. Рик подмигнул барменше и, перегнувшись через стойку, взял три бутылки пива.

– Ну как, очко еще свербит, а, Бастер? –спросил он у младшего брата, с ухмылкой протягивая ему бутылку.

– До хуя и больше. Прошло всего четыре дня после операции, у меня там еще швы не сняты.

– О чем речь? –спросил Блю.

– Да выросла у него в заднице какая-то здоровая мандула, пришлось вырезать, –засмеялся Рик.– Это был ректальный абсцесс, –поправил Бастер, демонстрируя неожиданную осведомленность.

– Из-за чего это? –спросил Блю.

– Хуй его знает. Но болело так, что мама не горюй.

Блю посмеялся и отправился патрулировать клуб; Рик и Бастер вернулись к входу. Пока их не было, очередь у дверей значительно увеличилась. Они кивнули здоровенному вышибале, который всю ночь дежурил на входе, и в клуб опять потек ручеек сгорающих от нетерпения клабберов. Рик прикурил две сигареты и протянул одну Бастеру.

– Угу. Во сколько Джок хотел закрыться?

– Как обычно, –ответил Рик, –часов в семь-восемь утра.

– Джина еще встречается с этим уродом Коннором?

– Вроде да. А что?

– Его ведь не будет в квартире, когда мы вернемся?

– Ясное дело. С тех пор как он узнал, что там живем мы, он и близко не подойдет. –Рик и Бастер обменялись самодовольными улыбками. –К тому же Джине было сказано не показываться там до полудня воскресенья.