— Доброе утро, леди Люсинда, — приветствовал он.

— Кто вы? — высокомерно осведомилась она, отводя взор от соблазнительного зрелища.

Незнакомец улыбнулся, и Люсинда заметила блеск белоснежных зубов.

— Я известен как Повелитель, миледи.

— Где я? Немедленно верните меня в гостиницу! Вам, возможно, не известно, кто я? Мой брат — епископ Уэллингтонский, — гневно выпалила Люсинда и, подняв руку, красноречиво брякнула цепью. — Я требую снять это! Моя кожа вся стерта.

— Быть не может! Наручник подбит шерстью ягненка, — покачал головой Повелитель. — Мучить вас не входит в мои намерения.

— Почему же я здесь? И что это за место, черт побери? — взорвалась Люсинда. Повелитель опустился на колени рядом с ней.

— Вы, дорогая моя, ухитрились оскорбить весьма достойных джентльменов своим острым язычком и не подобающим даме поведением. Боюсь, вы чересчур своевольны, миледи. Сегодня вас приведут на собрание «Учеников дьявола», где будут судить за недостойное поведение. Насколько мне известно, потом вас передадут на мое попечение. Когда же я преподам вам несколько необходимых уроков и сумею внушить основы послушания, вас снова приведут на суд, где вы покажете собравшимся джентльменам, чему научились за это время. Трое обиженных поклонников смогут сделать с вами то, о чем давно мечтали. После вы выберете из них того, кто вам больше понравится. Только тогда вас вернут в общество, где будет немедленно объявлено о помолвке и последующей свадьбе.

— Я уже сказала этому трио болванов, что не желаю их видеть, — прошипела Люсинда. — Мой покойный муж перед смертью наказал выходить замуж только по любви и ни по какой иной причине. Я не люблю ни Рексфорда, ни Харгрейва, ни Бертрама. И что бы вы ни вытворяли, сэр, не заставите меня изменить решение. А теперь уберите эту цепь, и я обещаю не обращаться к властям и спокойно продолжать путь в Ирландию. Если я не прибуду в назначенный день, моя сестра, леди Рафферти, поднимет тревогу. Вас найдут, и я лично прибуду полюбоваться на вашу казнь!