– Знаю. Она заведет разговор о трех своих мужьях, а под конец заявит, что все мужчины – свиньи и обманщики.

– А папа потребует извинений, потому что он был маме верен.

– А тетя Ребекка не пожелает извиниться, они перестанут разговаривать друг с другом, и вечер закончится.

Дебби улыбнулась заученной улыбкой женщины-робота.

– Люблю, когда наша дружная семья собирается вместе.

София вздохнула поглубже, постаралась придать лицу радостное выражение и вышла из укрытия. Джозеф немедленно встал со стула. Он, конечно, рад был видеть дочь, но в то же время смотрел на нее с осуждением, словно одевая ее взглядом. София догадывалась, что отец предпочел бы видеть ее в более закрытой блузке, не таких обтягивающих брюках, а еще лучше – в толстом пальто до пят.

– Ну, здравствуй, зайка! – Джозеф обнял девушку. – Не думал, что ты придешь.

София быстро чмокнула отца в губы.

– Ты же знаешь, я никогда не пропускаю семейные обеды.

Джозеф взял ее голову в ладони и всмотрелся в лицо.

– Твоя сестра говорила, что ты срезала напрочь все волосы.

– Да, это мой новый облик.

– Мне нравятся оба варианта. – Отец выпустил ее из объятий и протянул руку в сторону Винсента. – Ты только посмотри, кто пришел, человек, которому сейчас полагалось быть в свадебном путешествии с женой.

– Папа, не начинай все сначала, прошу тебя. – София одарила своего злосчастного жениха мимолетной улыбкой. – Привет, Винсент, надеюсь, ты на меня не в обиде.

Еще до того, как тот успел ответить, Джозеф вклинился между несостоявшимися новобрачными и обнял одной рукой одного, другой – другого.

– Что за вопрос? Кардинелла и Скалья никогда друг на друга не обижаются. Тут и говорить не о чем.

София быстро взглянула на Дебби, потом очень выразительно – на стакан с коктейлем в руке тети Ребекки. Стакан был уже на три четверти пуст. Дебби поняла молчаливое послание сестры и тут же стала действовать: тайком подала знак официанту, чтобы тот принес еще один коктейль. Тетя Ребекка почти дошла до кондиции, и скоро дойдет окончательно.