– Ты собираешься закурить?

– Возможно.

– А как же мой бестабачный поцелуй?

– Судя по всему, он откладывается, а я не привыкла сидеть без дела, как будто я тут для мебели. – Она щелкнула пальцами. – Я хочу, чтобы что-то происходило.

Бен придвинулся ближе.

– Если ты на время перестанешь болтать про бисексуалов, может, что-нибудь и произойдет.

София закрыла глаза.

– Ладно, я выдерживаю романтическую паузу.

И тут она почувствовала нечто невероятное. Положив одну руку ей на талию, а другой коснувшись щеки, Бен на несколько долгих, восхитительно чувственных мгновений завладел ее нижней губой. Тепло его руки жгло Софию через кружево брюк, от прикосновений пальцев по внутренней стороне бедра словно пробежали язычки пламени. Ей хотелось, чтобы эти эротические ощущения продолжались вечно.

Где-то на заднем плане слышались голоса и смех других посетителей. Тони Беннет пел что-то насчет своего сердца, оставленного, кажется, в Индианаполисе. Но все это не имело значения, потому что ее собственное сердце выбивало в груди барабанную дробь.

«Вот это да! Этот парень определенно умеет целоваться. Если карьера певца не удастся, Бен может открыть кабинку на Таймс-сквер и неплохо зарабатывать на жизнь поцелуями».

Не было никакой неловкости: ни тебе неуклюжего ерзанья по дивану, ни неловких наклонов головы и попыток пристроиться рядом. Казалось, природа создала Софию Кардинелла такой, чтобы она идеально подходила Бену Эстезу. Раньше бывало, что мужчины, с которыми она целовалась, давили ей на нос, или распускали слюни на подбородок, или действовали языком, как земляным буром. Но только не Бен. Он все делал великолепно и, что особенно приятно, без малейших усилий.

Игривые легкие покусывания стали сильнее. София принялась подыгрывать Бену и захватила его верхнюю губу своими. Это было похоже на сложный, замысловатый танец, время от времени горячий язык одного или другого быстро обводил губы партнера, еще более усиливая удовольствие.