— Очень, — призналась Джулия, послушно направляясь к лестнице на второй этаж. — Что-нибудь осталось?

— Ну что ты, дорогая, — с упреком сказала Хилда. — Мы еще не садились обедать. Ждали тебя.

— Ох, зачем же, — бросила Джулия через плечо. — Но все равно спасибо. А где папа?

— Разговаривает по телефону с Фредди. — Выражение лица женщины смягчилось, как всегда, когда она упоминала младшего сына. — Ты же знаешь отца, — продолжала она, улыбаясь Джулии. — Саймон хочет точно знать, когда приедет наш малыш.

— А Фредди разве не сказал, когда звонил прошлый раз? — спросила Джулия уже со ступенек.

— Нет, он… — Хилда спохватилась и сердито крикнула: — Дорогая, ты продрогнешь до костей, если не снимешь с себя мокрую обувь. Давай побыстрей. Поговорим за обедом.

— Иду, иду, — улыбнулась Джулия, поднимаясь по лестнице. — Дай мне двадцать минут.

Но уже через четверть часа приятно согретая горячим душем Джулия вошла в столовую. На ней были шерстяные брючки и длинный свитер, волосы стянуты в «конский» хвост, что делало двадцатишестилетнюю Джулию похожей на подростка.

— Ммм, какой запах, — сказала она, глубоко вдыхая ароматный пар, поднимающийся из супницы, которая стояла на длинном обеденном столе красного дерева. — Из чего бы это ни было приготовлено, пахнет восхитительно.

Саймон снисходительно хмыкнул и, подойдя к дочери, запечатлел на ее щеке поцелуй.

— Да, недурно.

— Это, дорогие мои, последнее творение нашей бесценной кухарки, — сообщила Хилда. — Люси сегодня в ударе, так что суп — результат ее творческого вдохновения. — Она слегка повела носом. — Аромат такой, что слюнки текут.

— Так приступим же скорее! — нетерпеливо воскликнула Джулия, устраиваясь за столом. — Я буквально умираю с голоду.

Суп оправдал ожидания обедавших, а последовавшие за ним горячее и закуски оказались не менее удачными. На десерт подали кофе и лимонный пирог.