Горячая убежденность отца воспламенила ее, его презрение к безвольному, расточительному и бесполезному классу, называвшему себя аристократией, воодушевляло ее.

Радикальные взгляды отца и его революционные идеи реформировать общество казались Мерайзе вполне разумными и практичными, но не только это заставляло ее следовать выбранной им дорогой. Девушкой двигало стремление отплатить обществу за нанесенное ей оскорбление.

Хоть и с опозданием, но в графе Беррингтоне все же проснулась совесть, и он, вспомнив, что несет ответственность за семнадцатилетнюю дочь, отправил ее в Лондон. Он договорился с одной из родственниц, с которой не виделся много лет, о том, что она выведет Мерайзу в свет.

И тот сезон превратился для неопытной, не имеющей ни малейшего представления о том, как следует вести себя в высшем обществе, одетой в бесформенные платья девушки в настоящую пытку. По незнанию она совершала одну ошибку за другой. Она сжималась под презрительными взглядами окружающих и страдала от унизительного смеха тех, кто воспринимал появление этой дурнушки с плохими манерами как новое развлечение.

Мерайза обнаружила, что ей совершенно не о чем беседовать с молодыми людьми, которые по настоянию родственницы отца приглашали ее танцевать или оказывались ее соседями за обеденным столом.

Девушка не понимала, что же не так. Единственное, что ей было известно,— это то, что она несчастна, что ей до боли хочется вернуться в Беррингтон-парк, к своим лошадям и собакам, к интересным и оживленным спорам с отцом.

Позже госпожа Федерстон-Хо заставила ее уяснить, что умение вести беседу является основой хорошего воспитания и что гость должен отвечать на радушный прием любезным обращением и вежливостью. Она также узнала, что задача женщины — выглядеть привлекательно и, подобно букету цветов, украшать дом своим присутствием.