Значит, не стоит обольщать себя надеждой, время не излечит его, худшее свершилось, и радость жизни потеряна для него.

Сделав этот неутешительный вывод. Йен вздохнул с некоторым облегчением и, взяв лампу, пошел в темную гостиную. Он достал из буфета графин с бренди, до краев наполнил стакан и опустился в плетеное кресло.

Не успел он сделать глоток, как из своей комнаты появился Дэвид, сонно протирающий глаза.

Йен сразу подумал, что раз у него самого не будет наследников, то Фалкирк со временем унаследует Дэвид или его сын. Эта мысль внесла покой в его душу, и он, подняв стакан, приветствовал брата.

- Прости, я разбудил тебя, но у меня возникло сильное желание выпить.

- Не извиняйся. - Дэвид прикрыл зевок рукой. - Я легко засыпаю.

- Наверное, я и вправду счастливец. Чудом спасся от смерти, унаследовал титул и значительное состояние. - Голос Йена дрогнул. - Какого же дьявола я так омерзительно себя чувствую?

- Ты потерял женщину, которую любил. Откинув голову на спинку кресла, Йен задумался. Два года назад он, несомненно, любил ее, к тому же ему хотелось отбить ее у других поклонников. Возможно, тогда между ними была любовь, но сейчас Йен не знал, что чувствует.

- Джорджина поступила разумно, выйдя замуж за Джерри, - спокойно произнес он, - ибо Йен Камерон, которому она дала слово, умер в Бухаре.

Если бы Джорджина была свободной, то чувствовала бы себя обязанной выйти замуж за Йена. Дочь полковника знала, что такое долг. А вот он бы не женился на ней, особенно сейчас, когда понял свою несостоятельность. Йен налил себе второй стакан.

- Могу я составить тебе компанию? - спросил Дэвид.

- Честно говоря, я бы не хотел. Мне лучше побыть одному.

- Ладно. - Брат направился к двери, но вдруг остановился. - Я знаю, как тебе больно. Йен. Эта боль исходит от тебя, словно тепло от печки. Но на свете много других женщин, к тому же ты должен быть счастлив, что стал бароном. А пока.., постарайся не делать глупостей.