— Стивен сказал, что тебя мучили боли, — произнесла она, и в ее карих глазах промелькнуло беспокойство. — Это продолжается до сих пор?

— Слышал, вы меня искали, — неприветливо бросил Бартоломью.

— Везде где можно. Позволишь тебя обнять, или просто пожмем друг другу руки?

Бартоломью не знал, как ответить на этот вопрос. К счастью, в этот момент на ступенях дома появился его брат, виконт Гарднер.

— Стивен, — кивнул Бартоломью и перевел взгляд на белокурую молодую леди, сопровождавшую старшего брата. — А вы, должно быть, Амелия.

Та кивнула:

— Рада наконец познакомиться с вами, полковник.

Памятуя о том, несколько неряшливо выглядит, Бартоломью мысленно поблагодарил невестку за то, что та не закричала от ужаса при взгляде на него. Он не мог припомнить, брился ли сегодня утром, а взлохмаченных каштановых волос давно уже не касались ножницы парикмахера. Хорошо еще, что шарф скрывал отметины на шее.

— Зовите меня Толли, — ответил Бартоломью и протянул Стивену свободную руку, которую тот тут же пожал.

— Где тебя носило?

— Гостил у друга, — ушел от прямого ответа Бартоломью.

— Но ведь твой дом здесь! — воскликнула Вайолет, которая подошла наконец ближе и взяла брата под руку. — Идем. Тебе помочь? Я позову Грэма.

Бартоломью высвободил руку.

— Оставь, Вай. Мы с Грэмом заключили соглашение.

— И какое же? — спросил Стивен, когда Бартоломью, прихрамывая, прошел мимо него.

— Он открывает дверь и уходит; — ответил Бартоломью и стиснул зубы, оказавшись перед первой из трех невысоких ступеней. Его не слишком беспокоила собственная неуклюжесть. Он просто не хотел показаться слабым. Бартоломью с ненавистью посмотрел на ступеньку, жалея, что она не может опуститься до уровня подъездной аллеи.

— Вайолет, Стивен, — раздался намеренно сладкий голос Амелии, — почему бы нам не отправиться в гостиную? Полковник… Толли сможет присоединиться к нам, когда пожелает.