У Меган было мало тряпок, и поэтому не надо было тратить время на мучительный выбор: что надеть. Все ее барахлишко валялось в комнате - на кровати, на индийском коврике, под ее любимыми плакатами "Нирваны" и "Дарк энджел" <"Злой ангел".>. "Дарк энджел" была любимой музыкальной группой Меган Силвер, под их бешеные ритмы прошли годы учебы в колледже, под их оглушающие композиции она работала, под мрачные аккорды рыдала в депрессии, их музыка выворачивала ее наизнанку, когда она занималась любовью. Супергруппа конца девяностых, фонограмма ее поколения.

Но на прошлой неделе группа распалась. Меган до смешного расстроилась. И не только она. Саша Стоун, подруга Деклана, сидя перед ней в кафе "Подкова", рыдала, и тушь мрачными черными ручейками текла по нежным щекам.

- Слушай, кончай реветь, - сказала Меган, подсовывая Саше бумажный носовой платок. - Это же всего-навсего музыкальная группа.

- Не будь мещанкой! - резко бросил Деклан и обнял рыдающую девушку за плечи. - Это серьезно. Любое искусство - это серьезно.

- Зак, - дико рыдала Саша, - Зак Мэйсон предал всех, кто ему верил.

- Но он всего-навсего певец, а не мессия, - сказала довольно холодно Меган. - Знаешь, я думаю, он запишет сольники.

- Ты так думаешь? - судорожно всхлипнула Саша. В ее голосе послышалась надежда.

- О Господи! Сколько тебе лет?

- Меган! - одернул ее Деклан. - Саша страдает. Прояви хоть каплю сочувствия.

- Да в конце концов, никто не умер! - зло пробормотала Меган.

Сколько лет Саше? Может, вопрос в том, сколько ей самой? Двадцать четыре - и что она собой представляет?

Кто она такая? Что у нее есть, кроме степени по английскому языку, полученной в Беркли? И она сидит в кафе со взрослой женщиной, которая рыдает лишь потому, что какая-то рок-группа развалилась.

Именно в этот день Меган Силвер охватило внезапное беспокойство.

Меган повертелась перед зеркалом. Она выглядела хорошо.