— Ах ты, дерзкая паршивая потаскушка! — рассвирепел незнакомец.

Нелл приготовилась удрать.

— Я слишком мала для такого титула, сэр. Но, может, если вы окажетесь здесь через несколько лет, я и успею заслужить его.

Человек расхохотался, потом, порывшись в кармане, кинул ей монету. Нелл ловко поймала ее, не дав ей упасть на землю. Человек ушел по своим делам, а Уилла оставил подержать лошадь; Нелл и Роза разглядывали в это время монету. — Уилл получит за свои услуги не больше, отметила Роза.

— От языка такая же польза, как и от пары рук, — громко сказала Нелл.

— Что ты будешь делать с деньгами? — спросила Роза.

Нелл задумалась:

— Куплю пирог. Может, кусочек говядины. Может. Но одно я точно знаю: джин матушке я ни за что не куплю.

Когда они вернулись в свой переулок Коул-ярд, их мать неожиданно появилась в дверях лачуги.

— Роза! Нелли! — вопила она. — Где вы пропадаете, паршивки ленивые? Я на вас живого места не оставлю, негодницы. Идите обе сюда немедленно… если хотите остаться в живых. Роза! Нелли!

Господи, и за что доброй женщине такое проклятие?

Вдруг она увидела девочек.

— Эй, вы, идите сюда. И Роза! И Нелли! Подите-ка и послушайте свою маму.

— Что-то ее взбудоражило, — заметила Роза.

— На этот раз не джин, — добавила Нелл. И вслед за мадам Элинор Гвин они вошли в темную лачугу, бывшую их домом.

Тяжело дыша, мать опустилась на трехногий стул. Она была чрезмерно толстой, и ей нелегко дались усилия добраться до двери и позвать девочек.

Роза подвинула стул для себя поближе к материнскому стулу, Нелл устроилась на полу, подперев овальное личико ладошками и шевеля под собой ножками с крошечными ступнями.

— Вот вы обе болтаетесь по улицам, — ворчала миссис Гвин, — совсем не задумываясь о том, что вас ждет впереди.

— Ма, мы ждали, когда ты проспишься после джина, — ответила Нелл.