Экипаж тронулся, Наталья выглянула в окно, в последний раз взглянув на родной город, подумав: «Дай Бог, чтобы сюда больше не возвращаться!»

Экипаж мирно катил по дороге, поскрипывая рессорами. Ариша прижалась к матери, и задремала, обняв тряпичную куклу. День близился к вечеру: за это время попутчики Натальи не проронили ни слова. Но ее это обстоятельство не особо беспокоило: о чем говорить с посторонними людьми?

Экипаж остановился, кучер открыл дверцу и громогласно объявил:

– Остановка, господа хорошие. Мы добрались до Людиново. Ночевка на постоялом дворе – пятьдесят копеек.

Наталья взяла сонную дочь на руки и проследовала на постоялый двор. Он оказался грязен, по полу бегали тараканы. Женщина расплатилась за ночлег и поднялась в маленькую, убогую комнатку на втором этаже. Уложив Арину на кровать и накрыв ее своим платком, она спустилась вниз, попросить чаю.

За столом, почерневшим от бесконечных посетителей, видимо, скатерти в здешнем заведении были роскошью, сидел незнакомый кучер, ловко опрокидывая одну стопку водки за другой. Он внимательно рассматривал попутчиков Натальи, которые ужинами за соседним столом кислыми щами местного приготовления. Запах кислой капусты наполнял помещение, Наталья подумала: «Отвратительный запах. Ничего хуже в жизни не нюхала».

– Барышня, – обратился он к ней. – И не боитесь вы одна путешествовать?

– Отчего же, я одна? Я с дочерью. Она спит наверху в комнате. Да и господа, – она махнула в сторону мужчин, – мои попутчики.

– А разбойников вы не боитесь? – поинтересовался настырный кучер.

При этом вопросе попутчики Натальи насторожились и замерли, ложки с отвратительным кислым варевом зависли в воздухе.

– Нет, отчего мне их бояться? У меня нет ничего – ребенок, да моя жизнь – вот все мое богатство.