Чтобы заставить его согласиться, могли понадобиться месяцы, но она была уверена: Джесси поймет, что эта школа действительно необходима их сыну. При всех его недостатках Джесси любит своего ребенка и хочет ему только добра. Это было единственным достоинством, которое она соглашалась признать за мужем. Мэг вздохнула. Если бы только Джесси не был таким волком-одиночкой. Если бы он не заблуждался так сильно! Если бы Джесси не был так великолепен, мысленно поправила она себя, когда он выпрямился, отпустил столб и вытер руки о джинсы. Только после этого Джесси, оглянулся, словно не торопясь возобновить старое знакомство. От первого же взгляда на него у Мэг перехватило дыхание, точно так же, как восемь лет назад. Тогда, на заснеженном склоне в Эспене, он был явно не на месте. Сейчас же он снова оказался в своей стихии, а вот ее ожидали немалые трудности. Джесси снял со столба свой поношенный "стетсон" и нахлобучил его на голову. Потом сдернул с забора рубашку и двинулся к Мэг так хорошо знакомой ей легкой, быстрой походкой. Он не улыбался, она тоже. Она просто замерла рядом с машиной, точно мышка, ожидающая решения кота: схватить ее сразу или сначала поиграть с ней. Джесси остановился футах в десяти от нее, наклонил голову набок и прищурился. Рассеянно приподнял шляпу и заправил под нее влажные пряди темных волос. Потом натянул рубашку. И все это - не сводя с нее глаз. Жаль прятать под одеждой такое тело, подумала Мэг, наблюдая за ним. Гладкая, покрытая мощными мускулами грудь, подтянутый живот. Она помнила на ощупь его Кожу, упругость его... - Тебе бы надо было постричься, - вдруг произнесла она и отвернулась, чтобы не видеть его больше. И не вспоминать. - А вот тебе не надо было. От его голоса, который она вот уже два года слышала только искаженным телефоном, по спине у нее побежали мурашки. Этот низкий хрипловатый голос всегда казался ей необыкновенно сексуальным. Немедленно прекрати! - приказала она себе. Не позволяй заманить себя в эту ловушку. - О чем это ты? - поинтересовалась она вслух.