- Мне очень жаль, — сказал Натаниэль.

  - Почему это? — спросил Беннингтон с яростным нажимом.

  - Анита выражала вам свои соболезнования. Вы потеряли жену, не так ли?

  Беннингтон утвердительно кивнул.

  - Тогда мне очень жаль.

  Я знала Натаниэля достаточно хорошо, чтобы понять: его чувства были сильнее, нежели обычное сочувствие незнакомцу, но я бы лучше расспросила его, когда Тони Беннингтон будет далеко отсюда.

  Я все еще старалась избавиться от своего клиента, когда в дверях появился мой последний бойфренд. Мика, собственной персоной, присоединился к нам, как и планировал сделать, если найдет свободное время. Он вошел, моего роста, с каштановыми волосами чуть ниже плеч, завязанными в конский хвост, но слишком кудрявыми, чтобы это усмирило их. Его глаза были зелено-желтыми, и нечеловеческими. Этот красавец — а Мика был действительно красив, не такой мужественный, с тонкими чертами, более нежный — был наименее маскулинным. И глаза леопарда на этом миловидном лице только усиливали эффект. Он почти не снимал солнечные очки, чтобы скрыть их от посторонних. И сейчас автоматически полез в карман, бросив взгляд на мужчину за моей спиной.

  - Не трудитесь прятать глаза, — произнес Беннингтон. — Я видел ваше интервью в новостях. Вы глава Коалиции за Лучшее Взаимопонимание между Людьми и Ликантропами. И я знаю, что вы верлеопард.

  Мика оставил попытки выудить очки из кармана своего пиджака, и просто подошел, улыбаясь.

  - Что ж, я верю, что скрывая то, кем являемся, мы лишь добавляем страху лишние пункты.

  Он не стал протягивать руку, но только потому, что некоторые люди не хотели прикасаться к тому, кто периодически обрастает шерстью. Однако Беннингтон первым подал ему свою ладонь.

  - Тони Беннингтон, это Мика Каллахан, — сказала я.