Он медленно оглядел троих мужчин, столпившихся за его спиной, затем снова повернулся ко мне.

  - Вы их любите?

  Я хотела сказать, что это не его дело, но не отважилась перед лицом такой боли.

  - Да.

  - Всех троих?

  Если придираться к словам, то я люблю, по-настоящему люблю Мику и Натаниэля, и люблю Джейсона как друга. Тот факт, что у меня секс со всеми троими, для большинства людей все запутывает, но для нас четверых наши чувства друг к другу были ясны, как день, и все мы знали, что Джейсон первым делом мой друг, а уже потом — все остальное. Мы давно прояснили это для себя, так что я ответила коротко:

  - Да.

  Он снова оглядел всех нас, кивнул и открыл дверь.

  - Ну а я никогда не любил более чем одного человека одновременно. Наверное, мне было бы легче, если бы я мог так поступать.

  Я не знала, что на это ответить, и промолчала, изображая сочувственное выражение лица.

  - То, что они здесь, с вами, подтверждает некоторые из самых диких небылиц, которые я слышал.

  - С вами я постоянно не знаю, что и сказать, мистер Беннингтон.

  - Я думал, женщины всегда имели, что сказать.

  - Не я.

  - Моя жена сильно отличалась от вас, мисс Блейк.

  - Ну это я часто слышу, — нашлась я.

  - Пожалуйста, помогите мне ее вернуть.

  - Я не могу вернуть ее вам, мистер Беннингтон. Ни одно человеческое существо не сможет сделать то, что вы действительно хотите, и не имеет значения, насколько оно будет одаренным в плане сверхъестественных способностей.

  - И что же я действительно хочу?

  - Вы хотите воскрешения ее тела, разума и души. Я хороша, мистер Беннингтон, может даже одна из лучших. Но никто не может быть настолько хорош.