Уж не плачет ли она? — подумал Бак, вглядываясь в Холли. Плечи девушки предательски вздрагивали. А вдруг ему это только кажется? Что бы с ней ни происходило, это не моего ума дело, сказал он себе. В конюшне есть чем заняться, нечего забивать себе голову разными глупостями. Однако перестать размышлять над тем, почему Мак уехал, да притом так поспешно, он не мог. Убитый вид Холли не давал ему покоя. Баку хотелось броситься к ней, обнять, расспросить, в чем дело. Но… ведь она невеста его брата. И — стараясь быть с собой честным — Бак признавал, что неравнодушен к Холли; и если соберется помочь ей, то сделает это вовсе не ради брата.

Почему в мире все так несправедливо? — думал Бак. Этому обормоту Маку досталась такая прекрасная женщина, а он этого не ценит и обращается с ней крайне пренебрежительно.

Будь она моей невестой, я бы носил ее на руках, подумал Бак в отчаянии оттого, что его мечтам не суждено сбыться.

— А, вот ты где! — услышал Бак голос Большого Дедди, вернувший его из мира грез вновь на землю.

— Ты искал меня? — спросил Бак.

— Да.

— В чем дело?

— Хотел спросить тебя о Маке. Не знаешь, что с ним?

— Ни малейшего понятия. А что?

— Он получил какую-то телеграмму и через мгновение умчался. Вот я и хотел спросить тебя, что у него могут быть за дела, да еще такие срочные, чтобы срываться с места, никому ничего не объясняя? Сказал только Холли, что вернется через пару недель.

— Может, Холли известно, почему он уехал?

— Нет, он и ей ничего не объяснил. Бедная девочка расплакалась. Ну, я ему задам жару! Пусть только вернется, я ему уши надеру! Это ж надо — бросить невесту перед самой свадьбой. Личные дела! Да какие у него могут быть личные дела? Холли — вот его самое главное личное дело! Этот оболтус не понимает, что порочит честь семьи! Вот что, сынок, мне нужна твоя помощь, — доверительно сказал Большой Дедди.