– Нет, в самом деле нет! Я принимаю предложение, и все тут! Когда мы отбываем в... в...
– В Блэктауэр. – Мистер Гамильтон поднялся вместе со мной и подошел ближе. Когда он остановился, я собрала все свои силы, чтобы не отступить. Он был так высок, что моя макушка едва достигала его подбородка; казалось, он навис надо мной, словно гора. – Блэктауэр, – повторил он. – Мы отбываем через два дня, в десять утра.
Спускаясь по ступенькам, я восстанавливала в памяти детали этого странного собеседования. Нет, я не боялась мистера Гэвина Гамильтона, несмотря на его вид, его манеры и – в этом я теперь была уверена – его упорные попытки напугать меня. Но я могла себе представить, как на него отреагирует остальная часть человечества – на него и на его методы нанимать секретарей. Мистер Дауни – о господи, как он будет браниться!
Глава 2
Четырьмя днями позже, когда миссис Кэннон и я покидали отель “Королевские руки” в Данкелде, холодные капли, бившие нам в лица, более походили на снег, чем на дождь. Мы добрались до Данкелда вчера вечером, очень поздно – после утомительного путешествия по железной дороге; и теперь я, стараясь скрыть зевоту, дрожала на ступеньках гостиницы и любовалась бледным утренним светом, тронувшим серое небо на востоке.
Данкелд, таким образом, был конечной станцией железной дороги. Коляска мистера Гамильтона ожидала, чтобы провезти нас оставшееся расстояние, однако самого мистера Гамильтона с нами не было. Конюх сообщил нам, что он уже уехал верхом.
Я почти не виделась с ним со времени нашего первого собеседования. Когда я прибыла на железнодорожную станцию в Лондоне со своим багажом, прикрученным на крыше нанятого экипажа, он усадил меня и миссис Кэннон в вагон, предназначенный для леди, и исчез. В Данкелде он появился снова, чтобы проводить нас до гостиницы, а потом снова растворился.