– Мам! Мам! Она меня ударила! Ты видела это, мама?! Ты видела это?!

Керри возбужденно села на матрасе.

– Ты надаешь Бриони подзатыльников, ма? Я видела, как она шлепнула Берни…

– А ну-ка, замолчите все! Бернадетт, прекрати выть и прыгать, а то я вас сейчас всех отшлепаю.

Что-то в голосе матери заставило детей мигом смолкнуть.

Через пару минут Керри легла и начала что-то напевать себе под нос. Бернадетт уселась рядом с Розали и, взяв ее за руку, улыбнулась ей. Молли видела, что та улыбнулась в ответ, и почувствовала, как сжалось от боли сердце. Какого черта Господь послал ей Розали? У нее что, было мало проблем без этой идиотки? Бернадетт, улучив момент, перегнулась через Розали и сильно ущипнула Бриони за ногу. Та аж подпрыгнула. Отпихнув Розали, Бриони вцепилась Бернадетт в волосы и принялась таскать орущую сестру туда-сюда по грязному полу, словно тряпку. Бернадетт безуспешно пыталась разжать пальцы, сжимавшие ее грязные космы.

Керри снова села.

– Как всегда, наша Бриони. Расцарапай ей руки, Берни… Грязная сука!

Молли с трудом приподняла свое грузное тело и отвесила Керри оплеуху. Девочка заверещала. Затем Молли тяжело встала с кровати, подошла к Бриони и Бернадетт и принялась яростно колошматить детей по рукам и ногам. Розали наблюдала за происходящим при тусклом свете догорающего в камине огня, и выражение ее лица ни разу не изменилось. Комната огласилась диким ревом девочек. Почувствовав сильную боль в животе, Молли облокотилась на каминную доску. Она начала задыхаться и, согнувшись почти пополам, попыталась восстановить дыхание.

– Я предупреждаю вас в последний раз, – сказала она дочерям. – Еще один звук – и вы все отправитесь на улицу и будете сидеть там, пока у меня не родится ребенок. А если вы думаете, что я не выставлю вас на такой холод, то попробуйте меня рассердить… Увидите!

Она, шатаясь, пошла к кровати. Чувствуя за собой вину, Бриони попыталась помочь ей, но Молли шлепнула ее по рукам.